Он был куда проворнее меня, да и одет был более легко, но зато шаг у меня был крупнее, и я его стал догонять.
Скоро Деррик убедился, что не отделается от меня.
Дважды он ускорял быстроту, как заяц, спасающийся от собаки, и дважды мой палаш свистал над самым его ухом.
О сострадании я не помышлял.
Для меня этот человек был ядовитой змеей, укусившей на моих глазах моего друга.
Я не помышлял о сострадании, а он знал, что я его не пощажу.
Наконец, видя, что я его совсем догоняю, слыша мое дыхание, он вдруг поворотил в сторону и прямо бросился в предательскую грязь, в болото.
Я последовал за ним.
Сперва грязь доходила нам до щиколоток, затем мы погрузились в нее по колени и, наконец, по пояс.
Главная